Главная Адвокат Цены Дела Статьи Контакты

Расследование уголовного дела об авиакатастрофе или вход в процессуальный штопор(продолжение)

Назад

По иронии судьбы в день Авиации Украины прокуратура Донецкой области известила о завершении досудебного расследования авиакатастрофы АН-24 в аэропорту Донецка.

Как сообщает пресс-служба ведомства, причиной падения самолёта стала потеря скорости ниже допустимой, что было обусловлено нарушением техники пилотирования со стороны командира воздушного судна.

Не буду говорить о презумпции невиновности и незаконности обвинения человека в совершении преступления до приговора суда.

Не буду говорить о массированном давлении стороны обвинения на суд через средства массовой информации.

Значит это кому-то нужно.

Не буду говорить о незаконности слива в средства массовой информации материалов досудебного расследования, причём в «нарезке» далёкой от результатов, проведённых следственных действий.

С какой целью?

Я начинаю говорить о том, что наконец-то расследование загнало само себя в процессуальный тупик.

Сторона защиты не могла должным образом собирать доказательства невиновности пилота, потому, что сторона обвинения не предоставила стороне защиты необходимые материалы до окончания досудебного расследования.

Значит было, что скрывать.

Сторона защиты изучила 33 тома уголовного дела, собранные стороной обвинения.

Подозрение в отношении Сергея Мелашенко построено на недопустимых доказательствах, которые, тем не менее, не доказывают вину пилота.

Учитывая, что эту статью я пишу до начала слушания дела по существу и у стороны обвинения есть ещё возможность корректировать документы, вы не найдёте здесь весь перечень несоответствий, которые имеют место в уголовном деле. Это я оставлю для суда.

Пишу только о том, что нельзя уже изменить.

НЕ НАШЛА СВОЕГО ПОДТВЕРЖДЕНИЯ ВЕРСИЯ О ТОМ, ЧТО СКОРОСТЬ САМОЛЕТА УПАЛА, Т.К. ПИЛОТ «ЗАДРАЛ НОС САМОЛЕТА».

В авиации «задрать нос самолета» - называется увеличить угол тангажа.

Согласно заключению профессора Кафедры аэродинамики и безопасности полетов НАУ Ищенко С.А., угол тангажа во время всего полета самолета АН-24 изменялся в диапазоне ±6,8 градусов, что соответствует стандартным изменением угла тангажа, а угол атаки менялся от 2 до 5 градусов, что соответствовало стандартным величинам для данного этапа полета.

Таким образом озвученные ранее версии о сваливании самолета из-за достижения закритических улов атаки не нашли своего подтверждения.

Стороной обвинения не обеспечено надлежащее хранение и сохранность вещественных доказательств. Самолёт разрезан на куски и определить исправность или неисправность отдельных агрегатов не представляется возможным. В связи с чем было сделано следующее заявление:

Заявление о ненадлежащем хранении вещественных доказательств

Чем было вызвано написание такого заявления?

По версии следствия экипаж во главе с пилотом искал землю и пилот так увлекся поиском земли, что надавил левую педаль руля поворота и давил эту педаль в течение 25 секунд пока самолет не потерял скорость и не упал на землю.

Поскольку абсурдность данной версии очевидна для специалистов, мною было сделано предположении о поломке оборудования руля поворота, поэтому подано ходатайство о проведении экспертизы системы управления рулем поворота, которое привожу ниже:

Заявление о привлечении эксперта

В удовлетворении данного ходатайства мне было необоснованно отказано, однако следствием был приглашён специалист из г. Киева и в нашем присутствии осмотрены системы рулей поворота.

В результате осмотра выяснилось, что самолёт разрезан на куски до окончания судебного следствия и судебного разбирательства, и установить, находились ли системы рулей поворота в рабочем состоянии на момент катастрофы, не представляется возможным.

Для меня было полнейшей неожиданностью, что самолёт не собран в отдельном ангаре по винтикам, как при расследовании авиакатастроф за рубежом. А порезан на металлолом и брошен ржаветь под открытым небом.

Кому-то совершенно не нужны вещественные доказательства при расследовании данного уголовного дела и закон, видимо, пишется только для таких как я и Мелашенко Сергей.

Странности в расследовании этого дела приобретали характер вопиющих.

Например, для осмотра самолета из Киева был прислан не специалист по специальности «Самолеты и двигатели», а специалист по радиоэлектронике, т.е. человек проводил осмотр самолета не по своей специальности, о чем я конечно отметила в протоколе следственного действия. И тем не менее при осмотре винтов самолета выяснилось, что винты были зафлюгированы…

Продолжение следует…


Назад

К началу

страницы

02.09.2013 г.